Третье издание известного органиста Алексея Шмитова посвящено выдающемуся композитору и музыканту Шарлю-Мари Жану Альберу Видору (1844-1937), 180-летию со дня его рождения.
«От автора: „Развитие органного искусства Франции второй половины XIX века неразрывно связано с творчеством гениального органостроителя Аристида Кавайе-Коля, чьи инструменты своими техническими возможностями и звуковой палитрой позволяли передавать тончайшие нюансы музыкальной мысли, создавать длительные динамические нарастания, завершающиеся грандиозными кульминациями... Орган стал соперником симфонического оркестра. Это обусловило появление жанра симфонии для органа соло, у истоков которого стоит выдающийся органист и композитор Шарль-Мари Видор.
Творческие интересы Видора очень разнообразны. Обширная концертная деятельность как органиста и дирижёра, творческий консультант и эксперт по приёмке новых инструментов, автор книги „Современный орган“ (1929). Как композитор он напряженно работает в разных жанрах: помимо органных сочинений он — автор четырёх опер и двух балетов, ораториальных и симфонических произведений, инструментальных концертов, камерной, вокальной и духовной музыки. За достижения в различных сферах музыкального искусства Видор с 1910 года — Член Академии изящных искусств... Музыкант был хорошо известен и в России. Знакомство с Чайковским и Римским-Корсаковым, положительные отзывы Стасова, русские ученики, концерты в Москве — всё это закрепило за ним славу авторитетнейшего знатока органного искусства. Видор консультировал создание и установку в новом Большом зале Московской консерватории последнего органа великого мастера Кавайе-Коля и провёл пробные и первые концерты. За эту громадную работу Видор был избран Пожизненным Членом Московского отделения Императорского Русского музыкального общества.
Для органа композитором написаны десять симфоний, Латинская сюита, „Три новые пьесы“ и несколько отдельных пьес, не вошедших в последние редакции симфоний.
На нашем диске представлены две симфонии и цикл „Три новые пьесы“, относящиеся к разным периодам творчества Ш.-М.Видора. Свой первый органный опус, опус 13, он создал к осени 1871 года, вдохновлённый безграничными возможностями оказавшегося в его распоряжении крупнейшего органа Франции. В сочинение включены сразу четыре многочастные симфонии. Видор так описывал этот творческий импульс: „Именно тогда, когда я почувствовал, как 6000 труб органа вибрируют у меня под руками и ногами, я приступил к написанию своих первых симфоний. Я не стремился к какому-то определённому стилю или форме. Я писал, глубоко чувствуя их, спрашивая себя, были ли они вдохновлены Бахом или Мендельсоном. Нет! Я прислушивался к звучности Св.Сюльпиция и, естественно, я думал извлечь из неё музыкальную ткань — пробовал создавать произведения, которые, будучи свободными, отличались бы некоторыми контрапунктическими приёмами... Мои первые 4 симфонии оказались оригинальными, хотя и в классическом стиле“.
По своему строению опус 13 — скорее, сюиты, продолжающие традиции французских органных сюит эпохи Классицизма — Ф.Куперена, Л.Клерамбо, Ж.Бойвена и др., состоящие из большого количества разнообразных концертных пьес (доходящих до семи — 1-я Симфония), призванных демонстрировать колористическое богатство симфонического органа и виртуозность исполнителя.
Такова Третья симфония ми минор ор.13 № 3, пять частей которой объединены по принципу яркого контраста. Прелюдия — контрапунктическая пьеса с элементами сонатной формы (благодаря короткой второй лирической теме), сумрачного, медитативного характера. Менуэт, написанный в традиционной трёхчастной форме с трио, оттеняет Прелюдию изысканностью и изящной танцевальностью, прозрачностью и при этом виртуозностью фактуры. Пышный триумфальный Марш (фа диез мажор) в классической форме рондо поражает слушателя грандиозным ликующим звучанием всех динамических ресурсов органа. Нежное ля мажорное Адажио по контрасту окрашивается самыми волшебными органными звучностями пианиссимо (Voix coelestis). Оно написано в канонической форме с прекрасной выразительной мелодией, шумановской образностью, полифоническими приёмами и даже гармонией. Финал отличается настоящим симфоническим развитием и драматизмом. Он подводит итог различным аспектам жизненных образов предыдущих частей и делает этот цикл истинной симфонией. Интересно, что при многократных переизданиях автор значительно переработал Марш и особенно Финал, усложнив его фактуру. Кода Финала существует в трёх вариантах: 1872, 1901 и 1918 гг. На представленной записи звучит вариант 1901 г.
1895 год ознаменовал наступление третьего, последнего творческого периода Ш.-М.Видора публикацией новой, 9-й по счёту, „Готической симфонии“ ор.70. С этим произведением в органную музыку входит особая духовная аура, связанная с обращением к григорианскому хоралу. Глубочайшее вдохновение композитора чувствуется в каждой странице симфонии. Во второй половине XIX века происходит возрождение культуры григорианского хорала, традиций его исполнения; развиваются принципы современной литургической музыки, которые в итоге были зафиксированы в Motu proprio Папы Пия Х в ноябре 1903 г. Видор хорошо чувствовал правильность этого направления задолго до его официального объявления. И „Готическая симфония“ родилась из его желания создать произведение, в высшей степени достойное Церкви. В это время он говорил своему ученику и другу Альберту Швейцеру: „Стоит отметить, что за исключением баховских прелюдий и фуг... — я не могу больше думать об органном искусстве как духовном, если оно не посвящено Церкви через темы, будь то из хорала или григорианского песнопения“. Органная музыка становится для него „специальным родом музыки, музыки вечности, пробуждающей мысли о бессмертии“.
Видор однажды сказал Швейцеру: „Орган представляет сближение человеческого духа с вечностью, нерушимый дух — он отчуждается от своей природы и своего места, как только становится выражением субъективного духа“. Выполняя своё обещание приходскому священнику в соборе Сент-Уэн в Руане „написать специальное произведение в честь его замечательной церкви“, Видор посвятил „Готическую симфонию“ великому памятнику готической архитектуры. Великолепный орган Кавайе-Коля в этом соборе, на котором Видор играл концерт-инаугурацию 17 апреля 1890 года, был одним из его самых любимых („В этом органе есть что-то от Микеланджело“). Говорят, что внешний вид и интерьер церкви послужили источником вдохновения для первых двух частей симфонии. В третьей части Видор обратился к хорошо известной по баховским хоральным шедеврам барочной форме фуги на хорал. В прекрасно разработанную полифоническую ткань автор вплетает строфы григорианской темы Puer natus est nobis (Introit из „Рождественской мессы“). Четвёртая часть полностью основана на теме хорала и представляет собой хоральные вариации. Они состоят из пяти полифонических вариаций (три из них — в форме канона) и свободного финала-токкаты...
У Видора не было цели создать произведение, которое бы оставалось в рамках вкуса широкой аудитории. Он умел и знал, как писать музыку, которая будет нравиться публике. Но теперь автор поставил своей задачей создать новый образец органного искусства, интеллектуально и художественно ориентированный на великие примеры духовных шедевров эпохи Барокко, и прежде всего, конечно, И.С.Баха. И он чётко понимал — то, что сразу привлекает внимание и вызывает восхищение, зачастую не выдерживает проверку временем: „Это потомки определят, что является шедевром“. Simphoniе Gothique — прекрасная иллюстрация этой идеи.
В последние годы жизни, когда престарелому Мэтру уже трудно было подниматься по узкой винтовой лестнице к органу St.Sulpice, Видор продолжал ежедневно упражняться на своём салонном органе и иногда давать концерты на радость многочисленным почитателям. Даже тогда он отмечал, что продолжает открывать что-то новое в игре на органе и в технике композиции для него. Результатом этих занятий стал последний опус 90-летнего композитора — „Три новые пьесы“ ор.87 (1934). Каждая пьеса имеет название и посвящение американским ученикам: „Классика вчера“ (Альберту Рименшнайдеру), „Мистика“ (Шарлотте Локвуд), „Классика сегодня“ (Фредерику Майеру). Музыкальный язык завершающей триады пьес — прозрачный, рафинированно ясный и при этом искренний, удивительно тёплый, показывающий сохранённую Мастером свежесть творческого мышления. В названиях крайних пьес ор.87 воплощена ностальгия автора по идеалам искусства XIX века. Несмотря на буйство различных течений музыкального Авангарда ХХ века, Шарль-Мари Видор, создававший музыку, полную красоты и благородства, до конца дней своих остался верен традициям Романтизма“». (Из аннотации к изданию) |
)